Дайджест корпоративного права № 7
Дело «Фармации»: как определить цену акций, подлежащих выкупу?
За последний год Верховный Суд РФ рассмотрел много интересных корпоративных споров. По каждому такому делу были даны разъяснения, имеющие большое значение для аналогичных кейсов. Мы начинаем серию публикаций, в которых адвокаты Юлия Михальчук и Павел Хлюстов разбирают наиболее интересные корпоративные споры по которым ВС РФ высказал свою позицию. Первая публикация посвящена делу компании «Фармация.
Юлия Михальчук:
Кратко напомню фабулу дела. На внеочередном общем собрании акционеров «Фармации» было принято об одобрении крупных сделок и сделок с заинтересованностью. Акционер-истец не принимал участия в голосовании, предъявил обществу и регистратору требование о выкупе всех принадлежащих ему ценных бумаг по рыночной стоимости, ссылаясь на то, что решение о выплате дивидендов по привилегированным акциям не было принято, в связи с чем указанные акции стали голосующими и могли быть так же предъявлены к выкупу. Совет директоров утвердил свою оценку выкупа акций. Акционер с такой ценой не согласился, направил обществу требование о выкупе ценных бумаг по рыночной стоимости, определенной на основании заключения эксперта, которое было подготовлено в рамках иного дела, в котором другой акционер также не согласился с ценой акций. Общество соответствующее требование проигнорировало. В результате акционер был вынужден обратиться в суд с требованием о выкупе акций и об оспаривании решения совета директоров. Павел, расскажите, как рассмотрели дело суды нижестоящих инстанций?
Павел Хлюстов:
Они признали недействительным решение совета директоров, посчитав, что цена, которая была установлена, не отвечает требованиям рыночности. Однако сочли, что права акционера не были нарушены, поскольку фактически он не выразил волю на выкуп своих акций. При этом суды пришли к такому выводу достаточно интересно. Они посчитали: коль скоро акционер не согласился с ценой, которая была рекомендована акционерами общества, а предложил свою, воля на выкуп акций реализована им не была, а значит, его право не нарушено. Такая логика продержалась в трёх инстанциях, и лишь Верховный Суд начал исправлять сложившуюся ситуацию.
Юлия Михальчук:
Какую же позицию выработал Верховный Суд?
Павел Хлюстов:
Его точка зрения достаточно нова для таких споров. Фактически Верховный Суд существенно упростил жизнь акционера, находящегося в соответствующей ситуации. Обычно суды при рассмотрении такого рода дел требовали от акционера оспаривать отдельно отчёт об оценке, который был положен в основу определения цены выкупа акций. И только после этого он мог реализовать право выкупа акций, оспаривания стоимости. Длительная процедура обычно завершалась тем, что время, отведённое на выкуп, уже было потрачено. Вместо этого Верховный Суд чётко решил, что соответствующий отчёт оценщика, который был выполнен акционерным обществом, является необязательным для акционера, отдельно его оспаривать не нужно, а спор по выкупу стоимости необходимо рассматривать в порядке статьи 445 Гражданского кодекса, который регулирует заключение договора в обязательном порядке. И именно наличие спора сторон о том, по какой цене необходимо выкупать соответствующую акцию, должно быть разрешено судом, который устанавливает справедливую рыночную стоимость, а отчёт об оценке, проведённый акционерным обществом, является лишь одним из доказательств. Верховный Суд также подчеркнул, что коль скоро акционер выразил свою волю на выкуп ценных бумаг, пусть и по отличной цене, говорить о том, что его право не было нарушено, не представляется возможным.
Юлия Михальчук:
Как вы относитесь к этому решению? Насколько, на ваш взгляд, сбалансирован подход Верховного Суда в данной ситуации?
Павел Хлюстов:
Мне нравится, что Верховный Суд ушёл от казуистики, сложившейся в судебной практике нижестоящих судов. Они отдельно, со ссылкой на информационное письмо об оспаривании стоимости, которая была проведена независимым оценщиком, заставляли акционеров предпринимать лишние процессуальные действия, затрудняли их судебную защиту. Верховный Суд указал на возможность рассмотрения таких споров и после того, как средства акционерным обществом были выплачены соответствующему акционеру, хотя он с такой стоимостью не согласен. То есть фактически динамика корпоративных отношений Верховным Судом была соблюдена. Потому что длительность спора напрямую влияет на то, насколько эффективно защищаются права миноритарного акционера либо другого акционера, который оказался в подобной ситуации.
Юлия Михальчук:
До того как эта позиция была оглашена Верховным Судом, как рассматривались аналогичные дела? В чём состояли проблемы сторон такого спора?
Павел Хлюстов:
Часто акционерное общество не заинтересовано платить реальную рыночную стоимость при выкупе акций и, к сожалению, ведёт себя недобросовестно. Получает тот отчёт об оценке, который им выгоден, с использованием проверенных акционерным обществом экспертных компаний и экспертов. В этих случаях приходится идти по пути, выработанному судебной практикой на протяжении многих лет. Акционер сначала должен оспорить соответствующий отчёт в судебном порядке. Лишь потом, если он выиграет дело, требовать выкупа акций. Это длительная процедура, больше похожая на процессуальную схоластику. Поэтому в такой ситуации подход суда мне представляется интересным. И я надеюсь, что нижестоящая судебная практика пойдёт именно по тому пути, который избрал Верховный Суд, – немедленный переход к рассмотрению спора в порядке статьи 445 Гражданского кодекса, где уже сам суд сразу решает вопрос о том, нарушено ли право. В том числе определяет реальную рыночную стоимость соответствующих акций.
Юлия Михальчук:
Насколько сократится время рассмотрения подобных споров?
Павел Хлюстов:
Как минимум в полтора-два раза. Это существенно, с учётом того, что у нас такие дела могут рассматриваться год-два, а то и больше.
Юлия Михальчук:
Какие вопросы могут возникнуть по проведению судебной экспертизы? Как бороться с тем, что суд может поручить проведение экспертизы недобросовестным экспертам, кандидатуры которых заявил оппонент
Павел Хлюстов:
Во всём, что касается вопросов, где всплывает судебная экспертиза, я стараюсь придерживаться сугубо практического подхода. Уже на стадии предъявления искового заявления либо ближе к первому заседанию истец, вне зависимости от того, планирует он в дальнейшем заявлять ходатайство о судебной экспертизе или нет, должен представить свою альтернативную оценку в виде внесудебного заключения соответствующего специалиста. В случае назначения судебной экспертизы надо выбрать квалифицированного эксперта – это уже скрупулёзная работа, которую должно выполнять непосредственно лицо, участвующее в деле. Необходимо просмотреть характеристики соответствующей компании, то, какой она обладает квалификацией, какие отзывы о ней имеются в судебной практике. Эксперт предупреждается об уголовной ответственности, и его заключение должно являться правильным. К сожалению, в жизни нередко всё совсем иначе. На чёрное говорят – белое, и наоборот. Поэтому бывали случаи, когда эти экспертизы отметались судами как недопустимые, назначались повторные.
Юлия Михальчук:
Как могут суды на практике реализовывать своё право определения выкупной цены? Будут ли они привлекать независимых оценщиков? Как это может происходить в ситуации, когда, например, в корпоративном договоре описаны механизм и цена принудительного выкупа?
Павел Хлюстов:
Думаю, что суд в большинстве своём не справится с определением рыночной стоимости. Без проведения квалифицированной судебной экспертизы вынести такое решение крайне сложно. Любые доказательства носят условный характер, потому что суд не является специалистом по оценке, он специалист в области права. Поэтому необходимо обратиться к компетентному лицу. Иногда в силу распределения бремени доказывания несовершения каких-либо процессуальных действий, когда ответчик ведёт себя пассивно, фактически суд может установить, что цена, о которой говорит истец, является установленным фактом в силу положения статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса, положения статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса. Но, как правило, возникает спор между сторонами, и каждая из них активно защищает свою позицию. И в связи с этим необходима судебная экспертиза. Вопрос, связанный с какими-либо акционерными соглашениями, которые были установлены сторонами, гораздо более сложный. Если стороны установили какой-то порядок, твёрдую цену либо формулу определения, отличную от того, что написано, выразили свою волю добровольно и нет каких-то нарушений, пересмотреть этот вопрос крайне сложно. Конечно, прежде всего надо опираться на соответствующее соглашение. Это более правильный, цивилизованный путь, к которому нужно стремиться.
Юлия Михальчук:
Возможно ли в подобном случае заявить иск о возмещении убытков в виде разницы между ценой выкупа и рыночной ценой?
Павел Хлюстов:
Такая тенденция прослеживается уже на протяжении порядка десяти лет – отходят от формализма. При защите опираются не на статью 445, как указал Верховный Суд. В этой ситуации акционер вполне может воспользоваться и более универсальной статьёй 15 о возмещении убытков. Несмотря на то что форма и нормы права, которые подлежат применению, различные, предмет доказывания в этих спорах схож. Тем более если, допустим, была выплачена только часть стоимости рыночной, акции выкуплены в принудительном порядке, то говорить о том, что со стороны акционерного общества отсутствуют противоправные действия, а для акционера нет убытков, тоже не представляется возможным. Выбирая тот или иной способ защиты, мы можем наткнуться на возражение наших оппонентов по поводу того, какие обстоятельства мы должны доказать. Суды относятся осторожно, когда видят иск о взыскании убытков, заключении договора в принудительном порядке. Хотя фактически то же самое взыскание денежных средств за акции, может быть, даже проще. Чисто психологически, с точки зрения формального предмета доказывания. Поэтому я бы рекомендовал идти по той линии, которую указал Верховный Суд.
Юлия Михальчук:
Таким образом, в суде более сильным доказательством является заключение эксперта, подготовленное по определению суда, а не отчёт об оценке?
Павел Хлюстов:
Что касается конкретной ситуации в деле «Фармации», Верховный Суд чётко указал, что «тот отчёт, который был проведён акционерным обществом, просто является лишь одним доказательством». Что касается глобального вопроса, то судебная экспертиза всегда рассматривается судом как более весомое доказательство по сравнению с альтернативными доказательствами, внесудебными заключениями специалистов, внесудебными отчётами, которые представляет одна из сторон. Потому что, во-первых, экспертиза назначена независимому лицу, который не связан никакими, в том числе имущественными, отношениями со сторонами. А во-вторых, суд исходит из того, что эксперт предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. И фактически суд рассматривает дело, опираясь только на судебную экспертизу. Другие доказательства он, как правило, просто игнорирует.
Юлия Михальчук:
Вы можете дать рекомендации для истца и для ответчика, как выиграть такое дело?
Павел Хлюстов:
Для ответчика лучшая рекомендация, чтобы выиграть такой спор, – быть честным и не пытаться придумать какую-то невообразимую цену, чтобы потом акционеры бежали в суд и что-то доказывали. Я призываю к цивилизованным отношениям. Что касается истца, он должен быть наготове и понимать: то, что ему предлагает акционерное общество, скорее всего, отличается от рыночной стоимости. Поэтому ему необходимо проанализировать это с учётом компетентных специалистов, получить соответствующие доказательства. Ни в коем случае не медлить, защищать свои права, писать заявление о том, что он не согласен с выкупной стоимостью акционерного общества, и не тянуть с предъявлением соответствующего требования в суд. Чем быстрее дело будет рассмотрено, тем больше шансов, что оно будет удовлетворено. Суды нижестоящих инстанций иногда исповедуют странный подход. Как и в деле «Фармации», где они посчитали, что истец не выразил волю на выкуп своих акций. Хотя было очевидно, что он просил их выкупить у общества, но по другой цене.
Клуб корпоративных споров
Подпишитесь на наши анонсы и новости
Ваше имя
Ваш e-mail
Ваш телефон
Место работы и должность
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности
Определение ВС РФ от 01.10.2019 № 306-ЭС19-4002 по делу № А49-13587/2017
Юлия Михальчук
Адвокат, советник юридической фирмы «Савельев, Батанов и партнёры», руководитель Комиссии по корпоративному праву и корпоративному управлению Московского отделения Ассоциации юристов России, администратор Клуба корпоративных споров и фейсбук-группы «Корпоративное право»
Павел Хлюстов
к.ю.н., адвокат, управляющий партнёр адвокатского бюро «Павел Хлюстов и партнёры», член Комиссии по корпоративному праву и корпоративному управлению Московского отделения Ассоциации юристов России
Записи прошедших мероприятий